Эсти (stsh14) wrote,
Эсти
stsh14

ОДНАЖДЫ В ТЕАТРЕ...

В одном из небольших городов театр проездом давал "Грозу" Островского. Как многие, наверно, помнят, там есть сцена самобросания тела в реку.  Для смягчения последствий падения обычно использовались маты. И обычно их с
собой не возили, а искали на месте (в школах, спортзалах). А здесь вышел облом: нет, не дают, никого нет и т. п. В одном месте им предложили батут.
Делать нечего, взяли, но в суматохе забыли предупредить актрису. И вот представьте себе сцену: героиня с криком бросается в реку... и вылетает обратно. С криком... И так несколько раз... Актеры с трудом сдерживаются (сцена-то трагическая), зрители начинают ржать. В этот момент один из стоящих на сцене произносит:
- Да... Не принимает матушка-Волга...
Актеры, корчась, падают, актриса визжит, зрители сползают с кресел...
 **************
Приезжает Папазян в провинциальный театр - играть Отелло. И выдают ему в качестве Дездемоны молоденькую
дебютанточку. Она, естественно, волнуется. И вот подходит дело к сцене ее убиения. На сцене такая вся из себя целомудренная кровать под балдахином. И вот легла эта самая дебютантка за этим балдахином ногами не в ту сторону.
Открывает Отелло с одной стороны балдахин - а там ноги. Ну - что поделать, закрыл Отелло балдахин и этак призадумался тяжко. А Дездемона сообразила, что лежит не в том направлении, и перелегла. Открывает Отелло балдахин с другой стороны, а там... опять ноги!  После чего продолжать трагедию было, как вы понимаете, уже невозможно.
***************
В конце 80-х годов позапрошлого века в Петербурге с большим успехом шел балет Пуни «Дочь фараона», поставленный Мариусом Петипа. В первом акте фигурировал лев, который сначала шествовал по скале, а потом, убитый стрелой охотника, падал вниз. Льва изображал постоянный статист. Однажды он заболел, и его пришлось срочно заменить другим статистом. Спектакль начался. Вначале все шло прекрасно. Лев важно прошелся по скале. Охотник выстрелил, стрела полетела... И вот здесь вышла заминка. Пораженный стрелой лев явно испугался
высоты и в нерешительности топтался на краю скалы, виновато поглядывая на балетмейстера, в ужасе застывшего в кулисах. Отчаявшийся Петипа показал льву кулак. И тут произошло чудо. Лев поднялся на задние лапы, перекрестился
правой передней лапой - и прыгнул вниз.
****************
По спектаклю, Карандышев отговаривает текст: "Так не доставайся же ты никому!" - и стреляет в Ларису из пистолета, Лариса падает. А выстрел обеспечивался в то время так: реквизитор за кулисами, на реплику, бьет молотком по
специальной гильзе, гильза бухает - Лариса падает.  Премьера. "Так не доставайся же ты никому!" – актёр наводит пистолет, у реквизитора за кулисами осечка, выстрела нет…  Актёр перезаряжает, наводит пистолет второй раз, за кулисами вторая осечка. Карандышев перезаряжает в третий раз: "Я убью тебя!", - третья осечка. Лариса стоит. Вдруг из зала крик: "Гранатой ее глуши!".
Занавес, спектакль сорвался, зрителям вернули деньги.
Режиссер час бегал по театру за реквизитором с криком: "Убью, сволочь!!!".  На следующий день, вечером, опять "Бесприданница", с утра разбор вчерашнего полета: мат-перемат, все на реквизитора катят, тот оправдывается: "Но ведь не я гильзы делал, ну сырые в партии попались, но много же народу рядом, видите же, что происходит, можно же помочь, там у суфлера пьеса под рукой: шмякнул ей об стол, все оно какой-никакой выстрел; монтировщик там доской врезал обо что-нибудь; осветитель лампочку мог разбить, - ну любой резкий звук, она бы поняла, что это выстрел, и упала бы".
Вечером спектакль, все нормально, доходит до смерти Ларисы. Карандышев: "Так не доставайся же ты никому!" - наводит пистолет, у реквизитора опять осечка.
Вдруг, с паузой в секунду, из разных концов за кулисами раздается неимоверный грохот: суфлер лупит пьесой об стол, монты - молотками по железу, осветитель бьет лампочку. Лариса явно не понимает, что это выстрел, ибо на выстрел эта беда никак не походит, и продолжает стоять. Из зала крик:
"Тебе ж вчера сказали, гранатой ее глуши!"
****************
Первый выход Е.Копеляна на подмостки.
Он очень волновался. Его буквально силой вытолкнули с подносом на сцену, где
сидел на троне Н. Монахов. Но Монахов почему-то смотрел не на Копеляна, а за
него. Когда Копелян обернулся, то, к своему ужасу, увидел, что вошел на
сцену в окно. Он бросил поднос и в панике бежал за кулисы. После спектакля
пришлось идти извиняться перед Николаем Федоровичем. Тот с усмешкой
посмотрел на молодого артиста и сказал:
- То, что ты вошел в окно – это
полбеды. А вот то, что ты вышел в камин – это беда!
*****************

(Не знаю откуда это. Друзья по мейлу переслали)
Tags: юмор
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments